2018-10-26 07:35 |
Шестой год мой сын гниет в изоляторе. Без приговора, доказательств вины. Только потому, что так хочет прокуратура, говорит львовянка Наталия Мазыкина, 51 год. Ее единственный сын 25-летний Евгений Марченко с 9 июля 2013-го сидит во львовском следственном изоляторе.
Его обвиняют в ограблении и убийстве прабабушки 87-летней Надежды Богдановой.
Тело женщины 8 июля 2013-го нашла соцработница. Вызвала полицию.
Я как раз отдыхала в Карпатах, рассказывает Наталия Игоревна. Об убийстве бабки мне сообщили по телефону. Ее избили, задушили, тело сложили в коробку и заклеили скотчем. Заподозрили Женю, потому что в тот день он ушел с работы на час раньше, купил телефон и планшет.
Наталия Мазыкина воспитывала сына одна. Отец умер, когда Евгению было 5 лет. Жили в двухкомнатной квартире женщины.
Мы были не бедны. Я работала няней у зажиточных людей, неплохо зарабатывала. Носили лишь брендовую одежду, которую высылали подруги из Италии и США. Моя квартира оформлена на Женю. Он учился в институте на товароведа, работал в магазине спортивной одежды. Зарабатывал 3 тысячи гривен в месяц, еще тысячу получал по потере кормильца на то время это 500 долларов. Знает английский, немецкий, французский. Хотел ехать учиться в Германию. Прабабушку любил, часто приходил помогать ей.
Потерпевшей по делу признали дочь погибшей бабку Евгения. Она попросила суд отпустить внука под домашний арест. Ей отказали.
Евгения уволили с работы и отчислили из института в день задержания. Его мать уже не может работать так интенсивно дважды в неделю навещает сына в изоляторе.
Мой сын хотел жить, развиваться, учиться дальше, продолжает. Вместо этого сидит в изоляции, без свежего воздуха. Читает книжки, но уже не ориентируется в жизни. Удивляется, что буханка хлеба стоит 12 гривен. В прошлом году в июне заболел чесоткой (инфекционное заболевание кожи, которое сопровождается зудом. ГПУ). За три месяца почти полностью облезла кожа, при росте 180 сантиметров весил 57 килограммов. Сильно упало зрение, был риск комы. А ему назначили гормональные препараты от дерматита. Нормально полечить сына смогли только тогда, когда сменился начальник СИЗО.
Женщина носит сыну домашнюю еду и лекарства.
Устала, денег уже нет, говорит Наталия Мазыкина. Моя мама сильно переживает за Женю, в позапрошлом году инфаркт перенесла. Отца недавно инсульт разбил. 18 октября у него был день рождения. Вздыхал, что опять празднует без внука.
Дело убийства Надежды Богдановой рассматривает Франковский районный суд Львова.
Судьи собираются раз в два месяца, только продлевают срок ареста, говорит Наталия Игоревна. Доказательства и экспертизы не рассматривают, свидетелей не допрашивают. Хотя есть такие, которые в тот вечер видели Женю в другом месте. Их полгода не пускали на заседания, ожидали под дверями. Заседания проводят с нарушениями в коллегии часто видим судей, которые были следователями.
Нарушения начались еще на этапе следствия.
Два месяца, пока дело готовили к суду, мне не давали увидеться с сыном, добавляет Наталия Мазыкина. Адвокат передавал неправдивую информацию. Предлагал дать взятку следователю. Отказалась от его услуг. По ночам звонили незнакомцы с угрозами: "Мамаша, не рой, потому что пожалеешь".
Все разумные сроки для рассмотрения этого дела давно прошли. Приговор могли вынести за год, говорит адвокат 32-летний Михаил Магарский. Но ни суд, ни прокуратура не принимают никаких мер, чтобы ускорить процесс.
Прокуратура возражает против всех ходатайств защиты. Почему не объясняет. Такое впечатление, что пытается дольше держать человека в изоляторе. Заседания длятся по 1015 минут. Свидетелей не допрашивают, доказательства не исследуют. Прямых доказательств его вины нет.
.Подробнее читайте на gazeta.ua ...
