фото показано с : ru.tsn.ua

Украина в ожидании девятого Рамштайна во вторник, 14 февраля, который уже окрестили ракетным и авиационным.

Силы обороны Украины ощущают острый боеприпасный "голод". Это подтверждает высшее украинское политическое руководство. В условиях, когда Россия уже начала свое очередное наступление на Донбассе, обещанные Украине западные танки еще едут. Не говоря уже об авиации и дальнобойных ракетах. Кажется, что переговоры об их предоставлении застыли в воздухе из-за опасений возможной эскалации со стороны России, учитывая ядерную угрозу.

Но российские ракеты уже летают в воздушном пространстве НАТО. Или, как утверждает румынская сторона, вплотную приближаются к ее границам. Какие еще аргументы ныжны Западу, чтобы предоставить Украине все необходимое вооружение здесь и немедленно?

О рисках выхода этой войны за пределы Украины, возможности предоставления Украине западных истребителей и дальнобойных ракет, а также о катастрофических последствий для России, если Путин таки решится применить тактическое ядерное оружие, ТСН.ua расспросил у генерал-лейтенанта, бывшего командующего сухопутными войсками США в Европе Бена Ходжеса.

– Поскольку мы сейчас приближаемся ко второму году этой страшной полномасштабной войны России против Украины, все украинцы верят и надеются, что именно этот 2023 год станет годом украинской победы. Видите ли вы такой сценарий? От чего же это зависит? И какие сценарии окончания войны вы видите?

– Я верю, что Украина может победить Россию, в том числе освободить Крым в этом году. Если Запад во главе с США будет продолжать предоставлять все, мы заявили ранее: оружие, боеприпасы, оборудование. И, если мы продолжим сохранять санкции против России. И это, учитывая качество обороны Украины, качество устойчивости украинского народа, а также многочисленные проблемы со стороны России… Мы все знаем, все слышим только об огромных тысячах российских войск. Но эти цифры преувеличены, и у россиян столько проблем, они терпят столько потерь, у них столько внутренних противостояний между Пригожиным, Кадыровым, Шойгой. Я думаю, что очень реалистично ожидать, что Украина добьется успеха в этом году, если все это будет продолжаться. Но мы также должны четко понимать, имею в виду, что Украина также несет много потерь.

– Прежде чем мы поговорим об очередном большом наступлении России, которого мы все ждем, задаю вопрос об очередном массированном российском ракетном ударе по Украине в пятницу, 10 февраля. По словам высшего военного и политического руководства Украины, две ракеты пересекли воздушное пространство Молдовы и Румынии. Конечно, мы слышали и видели официальные заявления Румынии. Однако есть ли риск, что эта война выйдет за пределы Украины? Потому что Румыния является членом НАТО, где находятся американские базы и системы ПРО.

– Я бы сказал, что да, конечно, есть риск, есть возможность. Но я бы тоже сказал, что это маловероятно. Последнее, чего хочет Россия, – это конфликт с НАТО. Они уже проигрывают войну против Украины. Если это станет битвой с НАТО, это будет полная катастрофа для России. Поэтому они, вероятно, будут расширять границы. Но я уверен, что они не будут искать конфликт непосредственно с НАТО. Давайте признать, что это также подчеркивает, почему так важно помочь Украине победить как можно скорее. Тогда у вас нет базирующегося в Севастополе Черноморского флота и запускает ракеты с Черного моря против украинского народа, которые также рискуют упасть в Молдове или Румынии. Поэтому в наших интересах помочь Украине победить как можно скорее.

- Но как вы думаете, какова была главная цель россиян с запуском их ракет очень близко к воздушному пространству НАТО?

– Ну, я не думаю, что они об этом думают. Попытаться приблизиться к воздушному пространству НАТО… По крайней мере, это попытка нас спровоцировать или, возможно, узнать, как мы можем отреагировать. Я считаю, что это также свидетельствует о нехватке профессионализма и нехватке мастерства российской стороны. Имею в виду, что они неловки. Это классический русский бестолковый подход, чтобы по всему бить молотком. И потому они никогда не проявляют мастерства. И я бы не предполагал, что за этим что-то стоит.

– Но, знаете ли, в Украине мы также заметили, что это может быть попыткой на будущее запустить российские ракеты из Средиземного моря.

– Я очень сомневаюсь, что они попытаются это сделать. Потому что, если это произойдет, это пройдет над Турцией, Грецией… И поэтому я был бы поражен, если бы они сделали что-нибудь глупое. Потому что Турция, как вы знаете, уже пытается быть посредником. А это сделало бы невозможным проявить терпение в отношении России со стороны Турции.

– Хорошо. Давайте поговорим о западной военной помощи Украине. Я думаю, что мы сломали одну из стен на Западе по поставкам танков. Следующая стена – авиация. Президент Зеленский во время визита в Великобританию призвал "предоставить Украине крылья". Итак, когда Украина наконец получит истребители? И о каких типах самолетов может идти речь?

– Мне не нравится слишком постепенный подход, который использует Запад. Я понимаю некоторые причины. Я просто не согласен с этим. Думаю, что Администрация США должна сказать, что мы хотим, чтобы Украина победила и мы хотим, чтобы она победила в этом году. Самый быстрый способ прекратить убийства, прекратить распространение этого конфликта – убедиться, что Украина выиграет в этом году. Это означает возврат всех ее территорий, особенно Крыма. Следовательно, вопрос заключается не в конкретной разновидности танка или самолета, а в том, какие возможности для этого нужны. И потому, если Украина даст четко понять Белому дому, Пентагону и Западу, что ей нужны возможности освободить Крым в этом году, это означает, что ей нужно высокоточное оружие большой дальности, которое могло бы изолировать Крым и сделать Крым непропускным для российских войск. Это не приведет к большим потерям со стороны Украины.

Имею в виду, что есть беспокойство, что все это будет невозможно для Украины… Нет. Если Украина будет иметь средства дальнего радиуса действия, то ATACAMS, то ли F-16, то ли беспилотники, например Gray Eagle, то ли наземные бомбы малого диаметра (Ground Launched Small Diameter Bombs – ред.)… Такие вещи могут сделать невозможным пребывание российского флота, авиации или армии в Крыму. Это был бы самый быстрый путь к освобождению Крыма. А также высокоточное оружие большой дальности – это то, что позволило Украине победить проходную русскую артиллерию в массовой российской пехоте. Вам не нужно убивать всю русскую пехоту. Надо просто сделать невозможным поддержку массовой пехоты русской артиллерией. Вы делаете это, уничтожая штабы, склады боеприпасов и логистику. Для этого вам нужно дальнобойное оружие большего радиуса действия, чем сегодня на вооружении GMLRS или HIMARS. Это та возможность, за которую я адвокатировал бы. Какого бы она не была. Есть разные виды. Способность (наносить дальнобойные удары – ред.) – это самое важное.

– Но, возможно ли освободить Крым без истребителей?

– Ну, я скажу, что невозможно без высокоточного дальнобойного оружия.

– Я смотрела ваши недавние интервью украинским СМИ. Вы говорили, что Украине сейчас нужны дальнобойные возможности. В то же время вы сказали, что когда мы говорим об истребителях, то углубляемся в вопрос обучения пилотов, обслуживания этих самолетов и т.д. Правильно ли я вас поняла, что Украине сейчас больше нужны ракеты большой дальности, чем истребители?

– Значит, нет. То, о чем я говорю, – это о способности. Я стараюсь держаться подальше от конкретных платформ (типов вооружений – ред.), потому что тогда люди, которые ищут оправдание, чтобы не предоставлять (Украине – ред.) определенные вещи, или, возможно, люди, которые… Вы знаете, это удивительно, насколько многие люди стали гениями, когда речь идет о танках или обо всех этих различных системах (и их заявления – ред.) основаны на том, что они слышат.

Да, конечно, если у вас есть какой-то самолет, вы должны пройти подготовку, прежде чем его овладеть. И, безусловно, я думаю, что все признают, что украинские солдаты, украинские пилоты – лучшие и быстрые в учебе в мире. Я никогда не видел, чтобы кто быстрее украинцев овладевал новыми технологиями, новым оборудованием. Недавно я разговаривал с очень опытным бывшим сотрудником ВВС, который сказал: если вы возьмете опытного украинского пилота, он уже все знает, уже очень опытный, и потом через 4-5 месяцев (учений – ред.) украинский пилот будет очень умелым. 16, сможет выполнять все миссии.

Хорошо. Но это все же 4-5 месяцев. Так что, по моему мнению, нам следует не ждать решения о предоставлении (Украине истребителей – ред.), а начать тренироваться сейчас, ожидая решения, даже если это решение будет принято в следующем году или в будущем. Начните развивать эту способность (овладеть западными истребителями – ред.) сейчас. Потому я не против F-16. Очевидно, что F-16 является лучшим решением для технического обслуживания, обучения и возможностей (дальнего поражения – ред.). Но, я думаю, что если вы все время спорите о конкретном типе самолета… Так же, как мы потратили столько времени на разговоры о (танках – ред.) Abrams, Leopard или Challenger, вместо того, чтобы обсуждать, какой быстрый способ получить наиболее мощную бронированную технику. Какая кому разница о типе (вооружение – ред.). Хорошо. Поэтому, я не говорю, – ракеты вместо самолетов. И F-16 также обеспечат дальнобойную способность благодаря оружию, которое они способны нести. Итак, все, что я пытаюсь подчеркнуть, — это способность (у Украины иметь – ред.) дальнобойную точность поражения.

– Спасибо за это объяснение, это для нас очень важно. Но когда мы говорим о дискуссиях на Западе о предоставлении истребителей Украине, и вспомним дискуссии о танках, ракетах большой дальности, например ATACAMS, есть ли риск применения Россией тактического ядерного оружия препятствием для предоставления этих военных возможностей Украине?

– Думаю, для некоторых людей — да. Но я считаю это чрезмерным беспокойством. Думаю, что шансов на то, что Россия применит ядерное оружие практически нет. Это так маловероятно… Президент Байден предупредил их о катастрофических последствиях. Я думаю, они в это верят. И они также знают, что с помощью тактического ядерного оружия они ничего не добьются. Это не изменит ситуацию в поле боя в их пользу. Не будет каких-либо ярких результатов для России от применения ядерного оружия.

На самом деле лучше всего ядерное оружие работает, если его не использовать. Потому что люди переживают: "Боже, они могут ядерное оружие применить". Как только они это сделают, все кончится. Я думаю, что мы себя сдерживаем (возможностью применения Россией ядерного оружия от предоставления Украине определенных типов вооружений – ред.). Еще одно замечание… Меня это огорчает. Я действительно уважаю суждение Пентагона, который тоже должен беспокоиться о Китае. Для этого такие вещи, как ATACAMS…. Это оружие Украина уже давно должна использовать. Но я подозреваю, что их у нас немного. Поэтому нам нужно подумать, что нам может понадобиться, если мы вступим в конфликт с Китаем. Пентагон знает это лучше меня. Это не то, что вы можете просто обойти.

– Я только уточню. Когда мы говорим о Китае, вы имеете в виду Тайвань? А как насчет последствий для России после применения тактического ядерного оружия?

– Ну, во-первых, Китай уже сказал Кремлю: "Не применяйте ядерное оружие. И перестаньте им угрожать". Нет никого, кроме, возможно, Ирана, кто видит какие-либо преимущества в использовании Россией ядерного оружия. Поэтому я думаю, что на них, наверное, уже очень сильно надавили. Я действительно представляю, что Китай очень внимательно наблюдает за Западом, что мы можем держаться вместе и помочь Украине победить Россию. Если мы не сможем этого сделать, думаю, китайцы потом не будут поражены тем, что мы скажем о Тайване (что ждет Китай в случае нападения на Тайвань – ред.) или Южно-Китайское море.

– А о последствиях для России?

– Что вы имеете в виду?

– О последствиях применения ядерного оружия.

- Конечно, когда президент Байден говорил о катастрофических последствиях (для России – ред.), он не вдавался в подробности. Более наверняка он должен оставить Россию в догадках о том, что же он на самом деле имел в виду. Я уверен, что, во-первых, чтобы президент (Байден – ред.) ни сделал, это точно будет делаться в консультациях с Украиной, Германией, Польшей, Францией, Великобританией и другими союзниками, которым придется иметь дело с последствиями нашего удара .

Я уверен, что Пентагон и сотрудники (Агентства – ред.) Нацбезопасности разработают список вариантов для президента в зависимости от того, что может сделать Россия. Хорошо. Эти варианты могут быть военными или будут означать дополнительные санкции. Относительно военных действий они могут быть ядерными и неядерными. Это будет целый список разных целей. Я бы вообразил, что мы не будем бить по чему-то внутри России. Но дальше следует Черноморский флот, российские ВВС и то, что находится внутри Украины, на оккупированной украинской территории. Таковы последствия. Я сомневаюсь, что мы используем собственное ядерное оружие. Опять же это не нужно. Вы и так насчитаете достаточно катастрофических последствий без использования ядерного оружия. И вы знаете, что сохранение единства в рядах наших союзников есть большая часть этого. Поэтому, я думаю, что такие вещи я не знаю, но я думаю, уже подготовлены для президента США.

– Когда мы говорим о большом наступлении России, которое мы все ожидаем. К примеру, украинская разведка и военные говорят, что он уже начался. Что вы видите на передовой? На каком участке фронта это наступление может быть? Потому что The New York Times не исключает, что Россия может атаковать Харьковскую и Сумскую области. Министр обороны Украины Алексей Резников говорит, что это может быть и юг Украины. Также интересно услышать ваше мнение, может ли Россия снова атаковать Киев с территории Беларуси?

– Я очень скептически отношусь ко всем этим вещам. Да, у них многотысячная армия. Но я сомневаюсь, что они устранили все проблемы, которые мы видели в сентябре во время частичной мобилизации. И полмиллиона русских мужчин призывного возраста покинули страну во избежание мобилизации. Никто в России не хочет быть там (на войне – ред.). Знаете, иметь много людей – это еще не значит большое наступление. Я не думаю, что у них есть танки, учитывая их несовременные танки, или бронетехнику, или новые артиллерийские боеприпасы для поддержания большого наступления.

Мы бы сразу увидели, если бы они пытались перебросить большие силы в Беларусь. Я говорю о большой силе, которая действительно может что-то сделать. Вы знаете, что война началась почти девять лет назад. И они по-прежнему не могут перехватить инициативу. Вы знаете, что они до сих пор не смогли что-либо сделать с линиями (поставок вооружений – ред.) между Польшей и Украиной, по которым поступает все оборудование. Они не могут этого сделать. Все, что они могут делать, – это стрелять ракетами по городам, населенным пунктам и гражданским целям, неподвижным целям. Черноморский флот боится приближаться к Украине, на самом деле не имеющей военного флота.

Поэтому, я думаю, что да, россияне хотели бы, чтобы мы беспокоились о возможном наступлении со стороны Беларуси, или со стороны Курска, чтобы открыть эти "двери", чтобы отвлечь внимание, чтобы заставить Украину подтянуть туда и ресурсы. Но я просто этого не вижу. Это должно было произойти еще в январе. Но их там нет. Поэтому, я думаю, что мы видим, увидим продолжение большого количества массовых российских нападений, которые Украина продолжит смазывать, просто нанося по ним удары, потому что эти недавно мобилизованные российские солдаты, бросившиеся на передовую, плохо обучены и плохо управляемы.

– Что, по вашему мнению, Путин готовит к 24 февраля?

- Не знаю. Ему нечего будет особо праздновать. Думаю, что он попытается сказать: "Слушайте, мы добились всех успехов на территориях, которые денацифицировали…". И, знаете ли, бла, бла, бла… Но я думаю, что любой серьезный человек, который посмотрит на все это, поймет, что все, чего он достиг, это падение репутации и изоляция России. Сейчас у вас есть Финляндия и Швеция, желающие присоединиться к НАТО. У вас теперь есть Украина и самая лучшая армия во всей Европе. И вы имеете огромный ущерб экономике России. Европа, особенно Германия почти полностью отказалась от российского газа. Я не знаю, о чем он собирается провозглашать.

– Вы упомянули о мобилизации в России. Почему, по-вашему, Путин откладывает объявление этой второй волны мобилизации в России? И может ли быть успешным его большое наступление на Донбассе, которое мы ждем, без этой дополнительной мобилизации?

- Нет, это будет иметь успех без дополнительных войск или (военных – ред.) возможностей. Но я думаю, что Россия, конечно, – это закрытое общество. Оно непрозрачно. Как и в Вашингтоне, вы видите каждый аргумент. Вы можете увидеть все, что происходит в Лондоне, Берлине. Это природа открытого демократического общества, то есть оно обхватывает все. В России такого не увидишь. Но я уверен, что он (Путин – ред.) находится под огромным давлением со стороны олигархов и других, которые хотели бы увидеть победу России, но в этом году без мобилизации. Потому что они знают, что это делает... Я имею в виду, если он станет мобилизовать еще 200-300 тыс. российских мужчин, работающих на заводах, на предприятиях, управляющих страной…. И они этого не желают. И я думаю, что он испытывает там огромное давление. Я думаю, он также знает, что, несмотря на то, что у них очень сильный аппарат внутренней безопасности, эти люди не собираются продолжать это вечно контролировать.

– Путин сделал ставку на изнурительную войну, надеясь, что Запад устанет поддерживать Украину. Кроме того, сейчас активно распространяется российская пропаганда, что россиян просто более многочисленно, поэтому Украине никогда не выиграть эту войну. Но количество не всегда означает качество. Что вы об этом думаете? Что об этом говорит исторический военный опыт? Может ли выиграть войну страна, не имеющая столько же мобилизационных ресурсов, сколько агрессор, еще учитывая российский ядерный арсенал?

– Да, отличный момент, это – Вторая мировая война. Я имею в виду, что в истории наций так много примеров, что нации с меньшим населением, с меньшим количеством войск были успешными. Мы (США – ред.) сделали это в нашей революции. Надо смотреть на реальность. Дело в том, что в то время как население РФ в три раза превышает население Украины, с точки зрения реальных людей, которые носят форму, которые готовы воевать или они могут противостоять, в Украине нет проблемы с живой силой. Это не станет проблемой. И я думаю, что если Кремлю нужно… Конечно, им нужно держать свое население и объяснять, почему они так жалко воюют.

Поэтому они вынуждены говорить, что это все НАТО, а не только Украина, что они воюют против всего НАТО. Я думаю, что большинство людей (на Западе – ред.) не думают, что это правда. Но, к сожалению, есть люди в Вашингтоне, Берлине, Лондоне, Париже и других городах Западной Европы, которые думают: "Боже мой, это никогда не закончится, мы должны давить на Украину, чтобы прекратились убийства". Дело в том, что самый быстрый способ остановить убийства – это помочь Украине победить сейчас. Чем дольше… Вы знаете, Украина никогда не сдастся. Вы никогда не должны отказываться от возвращения в Крым. Это лучший способ довести это до логического конца — предоставить все, что нужно Украине сейчас, чтобы она могла выиграть эту войну в этом году.

Подробнее читайте на ru.tsn.ua ...